Время жатвы — Вороны

Слушать Время жатвы — Вороны

Текст Время жатвы — Вороны

Плясала саламандра на свечах,
Златыми искрами в мои глаза глядела.
Два ворона сидели на плечах —
Посланники из дальнего предела.

Они пришли сказать, что все не так,
Что я умру и не достигну цели.
Один был черен, как могильный мрак,
Другой был бел, как свет в конце тоннеля.

И молвил черный: «Вижу ты устал…
Мой глупый друг, я назову причину:
Ты слишком страстно Истину желал
И снял с нее последнюю личину.

Под ней оскал истлевшего лица.
Ты говоришь Бог умер? Это правда.
Но помни, что творенья мертвеца
Отныне навсегда с тобою рядом!

Беги, глупец, по серым городам!
Копайся в грудах черепов потертых,
Стучи по мавзолеям и гробам,
Зови живых, под дружный хохот мертвых!

И ты поймешь, насколько ты нелеп,
Поймешь, что только смерть права в итоге.
Тогда ты сам себе построишь склеп
И в нем уснешь… Здесь нет другой дороги!»

И молвил белый: «Вечная зима…
А ты шагаешь сквозь пургу и стужу…
Мой смертный друг, ты не сошел с ума
От холода пронзающего душу?

По белой вечности, по белой простыне
Идет твой дух, израненный веками,
И каждый день как в беспокойном сне
Лишь снег хрустит и тает под ногами.

А за тобой кровавый вьется след…
Ты ищешь солнца, но его не будет.
Ты ищешь мир, но мира больше нет —
Его убили ледяные люди.

И в Нифльхейме в ледяных дворцах
Они по всем живым справляют тризну.
Они смеются… В глянцевых глазах
Ни радости, ни ярости, ни жизни…

А в снежной пагоде тебя давно все ждут,
И белый Будда шепчет на пороге:
«Сейчас придет… Осталось пять минут…»
И ты придешь — здесь нет другой дороги!»

Рыдала ночь кровавыми слезами,
Вишневым светом озаряя дом,
В руках дрожащих умирало пламя
И становилось просто огоньком.

И тишина разлилась по планете,
Остались лишь жестокие слова:
Два ворона, два демона, две смерти
Вещали мне о том, что жизнь мертва.

И в миг, когда замолкли эти речи
И луч зари пронзил сырую ночь,
Они крылами погасили свечи
И выбив стекла, улетели прочь…

Ни страха, ни сомнения, ни злобы…
Сжимали руки порванную нить.
Лишь крик звериный рвался из утробы:
Я буду жить!
Я ВЕЧНО БУДУ ЖИТЬ!